Публикации

Цифровая экономика как инструмент глобализации. Ведута Е. Н.

Стремительно ворвавшаяся цифровая экономика (ЦЭ) потребовала научного осмысления этого нового понятия, под которым одни понимают внедрение искусственного интеллекта (ИИ), другие - современных информационных технологий (ИТ) в экономические расчеты, третьи – «Big Data» («большие данные») и т.д.

Однако создание «умной» техники, ИТ, цифровизация финансов, электронных услуг и диспетчерского управления движением транспорта и материалов является прерогативой инженеров и специалистов в области ИТ. Решение технических проблем, как и неких математических задач, с помощью использования супервычилительных мощностей и статистических данных «Big data», финансовых технологий, блокчейн и др. не могут сами по себе решить важнейшую экономическую проблему бескризисного или пропорционального развития экономики для процветания наций. Эту задачу должны решать экономисты-кибернетики с помощью научно обоснованной экономико-математической модели (ЭММ), лежащей в основе организации ЦЭ, технологическое обеспечение которой должны создать ИТ-специалисты.

1. Цифровая экономика как экономика данных

Сегодня ЦЭ многими воспринимается как панацея от экономических проблем. К ним, как правило, относятся представители ИТ-сектора, математики, увлеченные созданием экономико-математических моделей, а также статистики и эконометрики, использующие некоторые количественные взаимосвязи статистических показателей для математического моделирования. Всем указанным категориям исследователей нравится «Big Data» («Большие данные») или «Экономика данных», поскольку они могут использовать эти данные для создания новых информационных, математических и эконометрических моделей. Этот процесс может быть бесконечным, не имея никакого отношения к решению реальных экономических проблем.

Главной причиной продолжения глобального кризиса является диспропорциональность экономического развития или несоответствие развития отраслей экономики потребностям ее конечных потребителей – домашних хозяйств, государства, экспортеров. Диспропорциональность и хроническая всеобщая инфляция, запущенная в преддверии первой мировой войны и продолжающаяся по н.в., сопровождается централизацией мирового капитала, поглощающего государства-банкроты, малый и средний бизнес, ростом бедности и международного терроризма, ухудшением экологии, деградацией цивилизации с уничтожением государств.

Понимая вектор развития глобализации, ее идеологам представляется возможным эффективно внедрять разные направления ЦЭ и держать ситуацию под контролем, развивая «Big Data», «умную» технику, «умные» отрасли и города, цифровые (электронные) финансы (FinTech), технологии проектирования (BIM) и государственные услуги (E-Gov), чипизацию граждан и т.д. Стихийное внедрение направлений ЦЭ может быть эффективным с точки зрения снижения затрат отдельных субъектов, но не может быть эффективным с точки зрения общественных затрат и тем более не может автоматически решить проблему выхода мировой экономики из затягивающего ее глобального кризиса. Здесь стихийно формируемая «Big Data» со всеми выстраиваемыми на ее основе платформами (моделями) - не помощник.

В основе формирования «Big Data» лежит международный стандарт системы национальных счетов ООН. Известно, что информация, собираемая по методикам международного стандарта, для расчета макроэкономических показателей (например, ВВП) и составления национальных счетов, характеризующих ресурсы и их использование в отраслях и секторах экономики, является недостоверной, поскольку базируется на субъективистской концепции полезности, предполагающей повторный счет и дисбалансы[1]. Эта недостоверная информация используется Всемирным банком и Правительствами стран для прогнозирования развития экономики на базе эконометрических моделей, в которых производство рассматривается как черный ящик, т.е. игнорируется обратная связь, позволяющая организовать взаимодействие бизнеса, государства и общества в режиме реального времени для обеспечения процветания нации. Первый международный стандарт ООН был внедрен еще в 1953-м году. Его данные уже тогда использовались для проведения неких эконометрических расчетов. Все последующие международные стандарты, включая последний стандарт, принятый ООН в 2008-м году[2], лишь расширяли «экономику данных» и множество эконометрических моделей. И в этом смысле никакой революции в переходе к ЦЭ, как к новой экономической парадигме, не существует.

Отсутствие у разработчиков ЦЭ научно обоснованной экономико-математической модели (ЭММ), позволяющей организовать цифровую экономику для повышения эффективности управленческих решений, ведет к лоббированию технократических интересов. Это превращается на практике к организации дополнительных потоков «больших данных», директивно запрашиваемых от предприятий. Информация, содержащаяся в них, многократно дублируется как в спускаемых формах, так и в других формах, заполняемых предприятиями для других инстанций. По сути, «ручная», рутинная, трудоемкая работа предприятий многократно увеличивает недостоверность «больших данных», снижает производительность труда, что в совокупности противоречит самой идее ЦЭ об эффективном использовании возможностей современных ИТ.

Следует отметить, что страны-лидеры в создании ЦЭ отмечают свои конкурентные преимущества для мирового лидерства в одном (нескольких) направлениях глобальной ЦЭ. Например, Великобритания и Сингапур в использовании мировых финансов и FinTech, США – в «интернете вещей», Китай – в экспорте цифровых технологий. В отличие от передовых стран в программах России не выявлены ее конкурентные преимущества. Это вынуждает сделать вывод о согласии их авторов встраивать ЦЭ России в глобальное цифровое пространство, формируемое странами-лидерами, и взять в нем на себя роль страны-жертвы, способствующей переходу стран-лидеров, формирующих глобальную ЦЭ, к безгосударственному роботизированному обществу с растущим социальным расслоением и деградацией пользователей достижений ЦЭ, получающих БОД (безусловный основной доход)[3] и, в конечном счете, к уничтожению цивилизации.

Таким образом, организация ЦЭ как экономики данных, не только не решает главную экономическую проблему диспропорциональности экономики, но и становится катализатором глобального кризиса, усиливающим информационный хаос в экономике.

Однако у России есть глобальное конкурентное преимущество – первенство в создании экономической кибернетики – научной методологии создания ЦЭ как экономической киберсистемы, обеспечивающей взаимодействие государства, домашних хозяйств и бизнеса для движения экономики в направлении процветания нации, гармоничного развития человека. В основе ее построения лежит динамическая модель межотраслевого-межсекторного баланса, согласующая плановые расчеты «затраты-выпуск» для эффективного выполнения производителями заказов конечных потребителей.

2. Цифровая экономика как экономическая киберсистема

Родоначальником экономической кибернетики и идей создания экономической киберсистемы является СССР[4]. Негласно ее идея присутствует в стратегии ЦЭ Великобритании, опубликованной в марте 2017 года, в которой в качестве цели было названо мировое лидерство в построении киберпространства, обеспечивающего процветание нации за счет роста производительности труда, создания больше высококвалифицированных высокооплачиваемых рабочих мест в будущем и дающего возможность гражданам страны безопасно жить и работать в онлайне[5].

Обычно под киберпространством понимается виртуальное пространство, создаваемое компьютерными системами, в частности Интернетом, в котором создаются киберсистемы, имитирующие поведение реальных объектов, реагирующих на управленческие воздействия и события внешней среды в режиме реального времени[6]. Для того, чтобы виртуально созданные киберсистемы вели себя аналогично материальным системам, их разработчики должны учитывать объективные законы развития материальных систем. Тогда пользователи киберсистем смогут воздействовать на материальные объекты в соответствии с объективными законами (например, в физике – законом всемирного тяготения, отражения и др.)[7].

Поэтому для организации ЦЭ, работающей в киберпространстве, нужна экономическая киберсистема, базирующаяся на научно обоснованной ЭММ, учитывающей действие объективных экономических законов. Это - прерогатива экономической науки, исследующей объективные законы развития экономики, и экономической кибернетики, использующей эти знания в математическом моделировании экономических систем для обеспечения пропорционального развития экономики в направлении процветания нации. Тогда ЦЭ, организованная как экономическая киберсистема, станет надежным инструментом, повышающем эффективность управленческих решений с привлечением возможностей современных ИТ.

Определение в стратегии Великобритании ЦЭ, как экономики данных для использования возможностей ИТ в расчетах статистических показателей, противоречит идее включения ЦЭ в киберпространство, обеспечивающую процветание нации. Судя по всему, здесь страна не особо «заморачивается», поскольку лидирует в мировых финансах и имеет конкурентные преимущества в области искусственного интеллекта (ИИ), используемого бизнесом и конечными потребителями, а также в отрасли FinTech, состоящей из компаний, использующих ИТ на рынке финансовых услуг, предоставляемых целиком или по большей части через Интернет, конкурируя с традиционными финансовыми институтами (банками, биржами и др.). Используя привычные для себя финансовые инструменты (в частности, FinTech), Великобритания успешно укрепит свое лидерство, перераспределяя производимые в мире доходы в ее пользу.

Как и всякий другой глобальный кризис, нынешний кризис ведет к обновлению производства на новой материально-технической базе. Наступает эра цифровой экономики – «умных» орудий труда с внедрением новейших информационных технологий (IT) для работы с «экономикой данных», которая может быть «оплачена» странами-жертвами, импортирующими иностранные инвестиции для развития инфраструктуры (в т.ч. цифровой) и финансовых спекуляций, чтобы обеспечить переход Запада к новому типу общественного производства. «Экономические эпохи различаются не тем, что производится, а тем, как производится, какими средствами труда»[8]. При этом решающая роль в определении эпохи общественного производства принадлежит развитию механических средств труда или орудиям труда, воздействующим на предмет труда и повышающим производительность труда, а не средствам труда, служащим в качестве материальных условий производства (здания, дороги, трубы и т.д.). Именно здесь, в цифровизации экономики обострится следующий этап жесточайшей конкуренции государств за выживание. Поэтому стратегии и программы развития ЦЭ оказываются в центре внимания руководителей государств и научной общественности.

Для изменения вектора развития ЦЭ в направлении роста процветания наций требуется организация ЦЭ как экономической киберсистемы, имитирующей механизм согласования плановых расчетов «затраты-выпуск» всех уровней экономики для обеспечения пропорционального развития экономики в направлении роста качества жизни, в т.ч. гармоничного развития личности. Если в ЭММ, организующей ЦЭ, имитируется действие закона стоимости и закона экономии времени в плановых расчетах «затраты-выпуск», то достигается пропорциональность в эффективном распределении общественного ресурса труда в соответствии с общественными потребностями. Имитация в ходе планирования действия закона стоимости означает создание условий, при которых этот закон, как стихийный регулятор, не действует, т.е. ликвидируется главная причина кризиса - диспропорциональность

В январе 2017 года в Аналитическом центре при Правительстве РФ состоялась совместная с МГУ имени М.В. Ломоносова конференция «Стратегическое планирование экономики», на которой была обсуждена динамическая модель межотраслевого-межсекторного баланса (МОСБ), разработанная советским ученым-кибернетиком Н. И. Ведутой[9], ее математическое и программное обеспечение. Основополагающими принципами модели является достижение пропорциональности и эффективности развития национального производства, оптимизация структуры конечного продукта с точки зрения роста полезности (качества жизни), что предполагает включение в модель информации по динамике цен равновесия потребительского рынка в качестве обратной связи.

Системное определение показателей МОСБ позволяет избавиться от повторного счета, присутствующего в системе национальных счетов ООН, и отражает движение всех произведенных доходов и расходов в экономике страны. Принципиальное отличие динамической модели МОСБ от кинематических (эконометрических) моделей состоит в описании движения экономики от ее исходного состояния в направлении, задаваемом конечными потребителями (домашними хозяйствами, государством, экспортерами) в виде системы алгоритмов с прямой и обратной связью, уточняющей задания конечных потребителей в зависимости от возможностей производителей, в т.ч. с учетом их предложений по новым технологиям в режиме реального времени (онлайн). Поэтому данная ЭММ является основой экономической киберсистемы.

Управляющим параметром модели являются государственные производственные инвестиции, которые могут быть совместными с бизнесом (государственно-частное партнерство). В результате расчетов по модели определяется распределение производственных инвестиций по отраслям экономики, максимальный прирост реальной платежеспособности рубля за счет оптимизации структуры конечного продукта для потребительского рынка, плановый МОСБ. Имеется программная реализация динамической модели МОСБ. Организационно-технической базой внедрения экономической киберсистемы может служить система распределенных ситуационных центров органов государственного управления, создаваемых ФСО России.

Для практического внедрения экономической киберсистемы необходима разработка методического обеспечения сбора исходной информации, поступающей от экономических агентов. И здесь предстоит огромная практическая работа будущей Рабочей группы, ответственной за внедрение ЦЭ на принципах экономической киберсистемы. Такую ЦЭ можно по праву считать новым экономическим укладом, в котором «умные» орудия труда используются в интересах людей.

3. Предложения

В стремительно изменяющемся мире у стран, внедряющих экономическую киберсистему, появляется исторический шанс стать локомотивом нового полицентричного мира, изменяющего вектор глобализации в направлении роста качества жизни, в т.ч. гармоничного развития личности.

Учитывая необходимость внедрения ЦЭ как новой парадигмы для изменения вектора глобализации, требуется гласное обсуждение динамической модели МОСБ как научно обоснованной ЭММ, на основе которой должна выстраиваться не только национальная, но и глобальная ЦЭ. По итогам обсуждения следует создать Рабочую группу для внедрения ЦЭ как экономической киберсистемы, состоящую из разработчиков научно обоснованной ЭММ, ФСО России, Аналитического центра при Правительстве РФ, ученых головных институтов и специалистов всех отраслей и секторов экономики, включая специалистов в области экономической статистики, бухгалтерского учета, финансов и права, а также в области ИТ. Создание Рабочей группы позволит решить проблемы методического, математического, программного и организационно-технического обеспечения внедрения экономической киберсистемы в практику государственного управления, а также значительно сэкономить на тех, кто продолжает лоббировать внедрение ИТ в ущерб национальным интересам.

Учитывая актуальность ЦЭ как инструмента выхода из глобального кризиса для всех стран, рекомендовать Рабочей группе совместно с Правительством РФ организовать регулярный международный экономический форум, посвященный обсуждению внедрения экономической киберсистемы и активно использовать СМИ для продвижения ее идей в интересах граждан в нашей стране и за рубежом, т.е. для изменения вектора глобализации в направлении научно-технического и социально-культурного прогресса.

Внедрение экономической киберсистемы потребует подготовку новых кадров, умеющих работать в условиях ЦЭ. Поэтому потребуется разработка новых образовательных стандартов в области экономики, государственного управления, политологии и других общественных дисциплин с учетом предложений Рабочей группы.

[1] Е.Н. Ведута. Межотраслевой-межсекторный баланс: механизм стратегического планирования экономики. М.: Академический проект, 2016.


[2] Система национальных счетов 2008/ Комиссия Европейских сообществ, МВФ, ОЭСР, ООН, Всемирный Банк. Сайт ООН, 2012 http://unstats.un.org/unsd/nationalaccount/docs/SNA2008Russian.pdf


[3] Г. Стендинг. «Прекариат: новый опасный класс». Электронная версия, 2014. http://fictionbook.ru/static/trials/09/00/36/09003651.a4.pdf


[4] Н.И. Ведута. Экономическая кибернетика. Минск: Наука и техника, 1971.


[5] UK Digutal Strategy, 2017. https://www.gov.uk/government/publications/uk-digi...


[6] Авторство понятия принадлежит американскому писателю-фантасту Уильям Форд Гибсону. в рамках требуемых временных ограничений.


[7] В развлекательных целях пользователям виртуальных миров позволяется больше, чем возможно в реальной жизни (например, создавать любые предметы и т. п).


[8] Соч. К. Маркса и Ф. Энгельса. Т.23, с. М.: Изд-во политической литературы, 1960, с. 191. См. там же Примечание 2 к изданию. «Как ни мало историческая наука знает до сих пор развитие материального производства, следовательно, основу всей общественной жизни, а потому и всей действительной истории, однако, по крайней мере, доисторические времена делятся на периоды на основании естественно-научных, а не так называемых исторических изысканий, по материалу орудий и оружия: каменный век, бронзовый век, железный век».


[9] Подробнее см. книга Е.Н. Ведута «Межотраслевой-межсекторный баланс: механизм стратегического планирования экономики. М.: Академический проект, 2016.


Made on
Tilda